Живу я в Замоскворечье. Почитала про хрущебы… Навеяло… Решила написать.
В конце 20 века, в 90-х годах, не так давно уж это было, у нас во дворе дома № 4/6 по Вишняковскому переулку, начали строить новый дом на месте спортплощадки и бывшего двухэтажного общежития радиозавода.
Народ стал волноваться, стоился шестиэтажный дом, мы остались практически без двора и, конечно, без спорт площадки.
Правительство нас успокоило, пообещав переселить неподалеку в новый дом к 2000 году. Мол дом наш пятиэтажный, без лифта, “хрущеба”, все равно мол сносу подлежит. Дважды вроде бы даже адреса называли: 1 адрес - Толмачевский пер; 2 адрес - ул Павла Андреева.
А когда дом во дворе построили, то пришло письмо, в котором говорилось, что дом наш не аварийный и переселению не подлежит, и вопрос о нашем доме отложен до 2006 г.
А во время Переписи населения оказалось, что нашего дома нет в списках, напечатанных в газетке “Вестник Замоскворечья”. На мой звонок в редакцию, мне ответили, что данные получены из “Управы”.
В БТИ дома № 4/6 по Вишняковскому переулку – то же нет. Есть дом №4, недавно построенный, и есть недавно внесенный дом №6. по Вишняковскому переулку, дома № 4/6 - нет. Так, что, и сносить нечего и переселять некого.
Ну и хорошо. Никто и не хотел уезжать из Центра.
Но как быть нам с пятым этажом без лифта. Квартира требует ремонта, краска на стенах и потолках вспучивается и осыпается, штукатурка лопается.
Государство позволило нам, коренным москвичам, приватизировать рухлядь без элементарных удобств: лифта и мусоропровода. Малогабаритная квартира, потолки-2м.40см, совмещенный санузел, кухня в бедрах узка.
Это все, что мы заслужили, отработав вдвоем 95лет.
Чем дальше, тем хуже. ХХI Век нас не принял. Мы начали болеть. В результате: у меня – букет: гипертония, диабет, была операция …чего только нет. Уволена с работы в 2002 г. по нетрудоспособности, инвалид II группы без права работы.
Муж работал до 1998 года на космос, непосредственно участвовал взапуске Первого космонавта имногих следующих...,сейчас инвалид I группы. Сам не может даже сесть, работает одна рука, и та левая.
И вот сейчас мне в августе -72 лет, мужу - в декабре -74 года. Я еще кое-как заползаю на пятый этаж, с остановками на каждой лестничной площадке, . А мужа спустить вниз могут только три здоровых мужика. Лечится в основном заочно. Мы оба ветераны труда. У меня непрерывных 45 лет проектных работ в промышленности. Муж работал на Космос, был среди первых, принимал непосредственное участие в запуске первого космонавта и многих других.
Как же могло произойти, что мы, инженеры, получающие пенсию по максимуму зарплаты и отработанных лет, попали в разряд неимущих (нам положены субсидии).
Мы рождения 1934 и 1936 годов и нет нам должного уважения. Слишком много нас детей рожденных после 1931 года, переживших войну, голодавших во время войны... И как нам быть?
Была бы я по-богаче, сделала бы подъемник до пятого этажа, чтобы своего инвалида, с которым прожили 49 лет вместе, спускать в коляске на свет белый посмотреть, да и ремонт заодно бы сделала в квартире.
Обидно доживать последние дни заложниками пятого этажа «хрущебы», несносимой серии, 1961 года заселения, в неустроенной требующей ремонта квартире, не каждый день выползая на улицу.
Сходила я в управу, узнать, как дела. А то сделаешь ремонт, а тебя переселять начнут… Там мне объяснили популярно, что наш дом сносить не выгодно. Расселять надо 60 квартир, а на месте нашего дома, большого дома не построишь. Площадь мала для строительства. Кепка отрапортовал, что в Центральном округе все пятиэтажки снесли (сносимых серий).
А недавно выяснилось, что нашего дома нет в списках не на снос, не на реконструкцию, не только до 2010 года, но и до 2020 года, и еще утешили, что если и будут делать реконструкцию, то без переселения…
Подъезд отремонтировали, на днях повесили новые почтовые ящики...
Сделала в квартире ремонт, правда не везде… Живу, ползаю… Мне бы подъемничек к оконцу приделать... А так все ничего. Центр... Под окном яблони, клены, рябины... Пять минут до метро, пешком до Кремля...
Но обидно как - то... Вообще, за жизнь...